Тарасова Галина Михайловна — к. м. н., старший научный сотрудник лаборатории коморбидных инфекций и мониторинга безопасности лекарственной терапии
Москва
Moscow
Белов Борис Сергеевич — д. м. н., заведующий лабораторией коморбидных инфекций и мониторинга безопасности лекарственной терапии
Москва
Moscow
Черкасова Мария Владимировна — к. б. н., заведующая лабораторией иммунологии и молекулярной биологии ревматических заболеваний
Москва
Moscow
Соловьев Сергей Константинович — д. м. н., профессор, заведующий лабораторией интенсивных методов терапии
Москва
Moscow
Асеева Елена Александровна — к. м. н., ведущий научный сотрудник лаборатории интенсивных методов терапии
Москва
Moscow
Решетняк Татьяна Магомедалиевна — д. м. н., профессор, заведующая лабораторией сосудистой ревматологии
Москва
Moscow
Попкова Татьяна Валентиновна — д. м. н., заведующая лабораторией системных ревматических заболеваний
Москва
Moscow
Кошелева Надежда Михайловна — к. м. н., старший научный сотрудник лаборатории сосудистой ревматологии
Москва
Moscow
Цель исследования — изучение иммуногенности, переносимости и клинической эффективности 23-валентной полисахаридной пневмококковой вакцины (ППВ-23) у больных системной красной волчанкой (СКВ). Материал и методы. В исследование включен 61 пациент с достоверным диагнозом СКВ, из них женщин — 53, мужчин — 8, в возрасте от 19 до 68 лет. Активность заболевания на момент вакцинации: у 9 пациентов — высокая, у 13 — средняя, у 34 — низкая, у 5 — ремиссия. Проводимая терапия: 59 пациентов получали глюкокортикоиды (ГК) 5–30 мг/сут в пересчёте на преднизолон, 45 — гидроксихлорохин (ГХ), 33 — цитостатики (ЦС), 22 — генно-инженерные биологические препараты (ГИБП): 11 — ритуксимаб (РТМ), 10 — белимумаб (БЛМ). 23-валентную полисахаридную пневмококковую вакцину в количестве 0,5 мл (1 доза) вводили подкожно. Сроки наблюдения: 9 пациентов — в течение 3 мес., 52 — в течение 1 года после вакцинации. Больные обследовались до вакцинации, через 1, 3 и 12 мес. после вакцинации. Результаты и обсуждение. Через год наблюдения число «ответчиков» на вакцинацию составило 61,5%, «неответчиков» — 38,5%. Отмечено снижение вакцинального ответа у пациентов, получающих ГИБП, по сравнению с пациентами без ГИБП (40 и 75%, соответственно), р=0,02. Различий на фоне терапии РТМ и БЛМ не выявлено. Приём ГК в дозе, превышающей 10 мг/сут не приводил к более значимому снижению вакцинального ответа, чем у других пациентов. У 50,8% пациентов отмечались стандартные местные вакцинальные реакции лёгкой и средней степени выраженности, у 1 (1,6%) — общая реакция лёгкой степени выраженности, у 1 (1,6%) — гиперергическая реакция по типу феномена Артюса, симптомы которой были купированы за 7 дней. За период наблюдения (1 год) не было зарегистрировано ни одного случая обострения СКВ, достоверно связанного с проведённой вакцинацией, а также не было выявлено новых аутоиммунных феноменов. Отмечена клиническая положительная динамика в виде уменьшения числа пневмоний, эпизодов острого и обострения хронического бронхита, синуситов. Заключение. Показана достаточная иммуногенность, хорошая переносимость и клиническая эффективность ППВ-23 у больных СКВ, в т.ч. получающих комбинированную иммуносупрессивную терапию. Необходимы дальнейшие исследования на больших выборках больных с длительными сроками наблюдения.
The aim of the work is to study the immunogenicity, tolerability, and clinical efficacy of the 23-valent polysaccharide pneumococcal vaccine (PPV-23) in patients with systemic lupus erythematosus (SLE). Material and methods. The study included 61 patients with a confirmed diagnosis of SLE, including 53 women, 8 men, aged 19 to 68 years. The disease activity at the time of vaccination: in 9 patients — high, in 13 — medium, in 34 — low, in 5 — remission. Therapy outline: 59 patients received glucocorticoids (GC) 5–30 mg/day in terms of prednisolone, 45 — hydroxychloroquine (GC), 33 — cytostatics (CS), 22 — genetically engineered biological drugs (GEBD): 11 — rituximab (RTM), 10 — belimumab (BLM). 23-valent polysaccharide pneumococcal vaccine in an amount of 0.5 ml (1 dose) was injected subcutaneously. Follow-up period: 9 patients — 3 months, 52 — 1 year after the vaccination. Patients were examined before vaccination, as well as in 1, 3, and 12 months after the vaccination. Results and discussion. After a year of observation, the number of «responders» to vaccination was 61.5%, «non-responders» — 38.5%. There was a decreased response to vaccine in patients receiving GEBD compared with patients who did not receive GEBD (40% and 75%, respectively), p=0.02. No differences were found against the background of RTM and BLM therapy. Administering GC in a dose exceeding 10 mg/day did not lead to a more significant decrease in response to vaccine compared to other patients. Standard local vaccination reactions of mild to moderate severity were noted in 50.8% of the patients, general reaction of mild severity — in 1 patient (1.6%), hyperergic Arthus-like reaction — in 1 patient (1.6%), the symptoms of which were relieved in 7 days. During the observation period (1 year), not a single case of exacerbation of SLE, reliably associated with the vaccination, was registered, and no new autoimmune phenomena were identified. Clinically positive dynamics was noted in the form of a decrease in the number of episodes of pneumonia, as well as acute and exacerbated chronic bronchitis, sinusitis. Conclusion. Sufficient immunogenicity, good tolerance, and clinical effectiveness of PPV-23 in patients with SLE, incl. those, who received combined immunosuppressive therapy. Further studies are needed in large groups of patients with long follow-up periods.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.